Изначально чинопоследование Елеосвящения в первоначальной Церкви представляло собой простой ритуал, состоящий из нескольких частей. Он включал в себя молитвы веры и помазание елеем во имя Господне, дополненные несколькими псалмами и молитвами при освящении елея и во время помазания им.
Сам болящий призывал священнослужителей для совершения Таинства, однако также было обязанностью клириков Церкви «посещать всех нуждающихся в посещении», а диаконам сообщать своему епископу о всех «находящихся в болезненном угнетении духа». После такого сообщения епископ или посланный им пресвитер приходили к больному и совершали над ним Таинство Елеосвящения.
Однако с VI века Соборование всё чаще стало совершаться в храмах. Таким изменениям послужило то, что оформилась связь Таинства Елеосвящения с последованием Литургии. Также при храмах активно строились больницы, что способствовало укоренению совершать Елеосвящение в церкви.
С XIII века произошли некоторые изменения в совершении Соборования. До этого времени чинопоследование было строго привязано к службам (к вечерне, утрене и Литургии), но начиная с XIII века оно становится «независимым» и совершается после вышеописанных служб. Это засвидетельствовано в рукописи XIII века Лавры святого Афанасия на Афоне: «В тот же день, когда полагается Елеосвящение, собираются семь пресвитеров и совершают вечерню с панихидой и поют канон. По окончании утрени семь пресвитеров литургисают в различных церквах, а затем собираются в одну и здесь совершают последование святого елея».
Такая практика совершения Соборования была не совсем удобной. Расстояние до храмов, физическое состояние тяжелобольного выстаивать богослужения – всё это и было основным неудобством. Ввиду всего этого Елеосвящение иногда отделялось от общественного богослужения и совершалось особо или в церкви, или в частном доме.
К XV-XVI векам относятся списки различных редакций, содержащих некоторые неизвестные теперь подробности совершения Таинства. В частности, существовала особенная краткая редакция на случай Елеопомазания в смертной опасности, в которой не сохранена даже обычная седмеричность ни в чтениях (в молитвах, в Апостолах, в Евангелиях), ни в количестве помазаний. Были списки, в которых полагались особые Апостолы и Евангелия при Елеопомазании женщин (об исцелении тещи Петровой (Мф. 8; 14, 15), об исцелении кровоточивой (Мк. 5; 25–34), о воскрешении дочери Иаира (Лк. 8; 40–56)).
В некоторых списках можно видеть описание следующего обычая: «по отпусте вземше попове кисти, помазуют друг друга (и) всех требующих благословения сего; помазуя глаголют: “Благословение Господа Бога Спаса нашего на исцеление души и телу рабу Твоему (имярек), всегда, ныне…”».
А в одном из списков XVI века есть следующая замечательная подробность: «аще будет освящение маслу в Великий Четверг или в Великую Субботу, то посреди молитвы “Владыко Многомилостиве… ” целуют Святое Евангелие, и по целовании помазуе́т святитель или игумен святым маслом братию, и, прошение сотворив, благодаряще Бога, отходим в дом ы свои всем помазавшимся. Взыдут попове вси, вземше палицы своя, еже есть списки, и обыщут все келии и помазуют над дверьми и внутрь на всех стенах, написующе крест, глаголя: благословение Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа на дому сем, всегда, ныне…». Отмеченный в этом списке обычай помазывать елеем двери и стены домов, несомненно, имел свое значение: изображенный елеем крест воспринимался как щит против болезней и искушений, которые приписывались действию злого духа. Можно предположить, что этот обычай является отражением ветхозаветного события: помазания дверей, которые совершали евреи в ночь перед исходом из Египта для предохранения своих первенцев от Ангела смерти.
Окончательно чинопоследование Елеосвящения оформилось в ХVII веке. В длинный период своего существования оно разделило общую со всеми другими чинопоследованиями Таинств судьбу, то осложняясь и расширяясь в своем составе, то сокращаясь.